Ситуация
Человек сам подал заявление о банкротстве и внёс на депозит суда 25 000 ₽ на вознаграждение финансового управляющего. В октябре 2024 года суд признал его банкротом и ввёл реализацию имущества. В заявлении должник назвал долги примерно на 4,77 млн ₽, в реестр за время процедуры включили требования около 2,66 млн ₽.
Как копились долги:
- с 2019 по июнь 2023 года — кредиты перед восемью кредиторами, всего около 1 млн ₽;
- 24–26 января 2024 года — 13 кредитов сразу в 10 кредитных организациях, всего около 4 млн ₽. На погашение прежних долгов новые деньги не пошли;
- 8 февраля 2024 года — нотариальная доверенность на представление интересов должника компанией.
По датам документов, приложенных к заявлению о банкротстве, к моменту последних из январских кредитов должник уже готовился к банкротству и собирал документы.
Имущества для продажи и сделок для оспаривания управляющий не нашёл. В его заключении описаны сделки с жильём. В феврале 2024 года право должника на одно жилое помещение прекратилось: оно перешло другому лицу по возмездной сделке. Управляющий не стал её оспаривать — просроченных долгов тогда не было. В августе 2024 года общая совместная собственность на другое жильё стала долевой, и с этого времени за должником зарегистрировано жильё, которое является для него единственным. Оно у должника и осталось.
Последний трудовой договор расторгнут в апреле 2025 года. Противопоказаний к труду у должника нет, специальность востребованная, но больше он не трудоустраивался. За всё время процедуры — больше 24 месяцев — денег на его счета не поступало, кредиторы не получили ничего. На заседание о завершении процедуры участники дела не пришли и возражений не представили.
Что решил суд
В октябре 2026 года суд завершил реализацию имущества и не применил к должнику правило об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств. Долги не списаны: требования кредиторов сохраняются и после завершения дела.
Суд разъяснил, что кредиторы вправе обратиться за исполнительными листами по требованиям, включённым в реестр. В листе укажут сумму из реестра за вычетом того, что погасили в процедуре, — здесь не погасили ничего.
Последствия банкротства из ст. 213.30 закона при этом наступают: 5 лет при получении кредитов и займов нужно сообщать о своём банкротстве, 5 лет нельзя снова подать на банкротство самому, 3 года — занимать должности в органах управления юридического лица. Управляющему перечислено 25 000 ₽ вознаграждения с депозита суда.
Почему
Отказ без возражений кредиторов. Ходатайств кредиторов или управляющего о неосвобождении в определении не описано: участники дела на заседание не пришли и возражений не представили. Суд напомнил, что недобросовестность может быть установлена не только по заявлению другой стороны, но и по инициативе суда, если отклонение от добросовестного поведения очевидно (п. 1 постановления Пленума Верховного суда от 23.06.2015 № 25).
Что суд счёл недобросовестным. Закон не позволяет освободить от долгов, если при возникновении обязательств человек действовал незаконно (п. 4 ст. 213.28 закона о банкротстве). Здесь суд сложил несколько обстоятельств:
- 13 кредитов за три дня в 10 организациях — сверх уже имевшегося долга около 1 млн ₽;
- ни один новый кредит не пошёл на погашение прежних, хотя возможность для этого, по словам суда, была;
- последние кредиты получены, когда человек уже готовился к банкротству;
- доказательств, что займы были вынужденной и жизненно необходимой мерой, должник не представил;
- после увольнения в апреле 2025 года он не работал, хотя трудоспособен, а кредиторы не получили ни рубля.
Суд сделал вывод, что обязательства были заведомо неисполнимыми, а дело о банкротстве использовалось не для освобождения от непомерного долга, а как способ не платить. Учёл суд и то, что жильё у должника по итогам процедуры осталось. Единственное жильё, если оно не в ипотеке, по общему правилу за долги не продают (ст. 446 ГПК РФ).
Как кредиторы будут взыскивать. Для требований из п. 5 и 6 ст. 213.28, например алиментов, закон прямо предусматривает исполнительный лист. Для долгов, от которых не освободили из-за недобросовестности, порядок в законе не прописан. Суд применил то же правило по аналогии со ссылкой на позицию Верховного суда (определение от 31.10.2019 № 307-ЭС16-12310(4), п. 21 Обзора судебной практики ВС № 4 (2019)): основание для листа — определение о включении требования в реестр. Выдачу листа суд рассматривает в заседании по ходатайству кредитора.
Что это значит для вас
- Новые кредиты, взятые, когда уже готовишься к банкротству, — серьёзный риск: суд может отказать в списании всех долгов, а не только новых.
- Отказать в списании суд может и сам, даже если кредиторы промолчали: здесь возражений не было, а суд сопоставил даты кредитов и документов к заявлению.
- Если в списании отказали, долги остаются: кредиторы могут получить исполнительные листы на суммы из реестра, а ограничения после банкротства всё равно действуют.
- Суд смотрит и на поведение во время процедуры: здесь трудоспособный должник около полутора лет после увольнения не работал, а кредиторы не получили ничего.
Разбор подготовлен по тексту судебного акта; персональные данные удалены. Не является юридической консультацией.