Ситуация
В мае 2024 года суд признал человека банкротом и ввёл реализацию имущества. 25 000 ₽ на вознаграждение финансового управляющего должник сам внёс на депозит суда ещё в марте 2024 года.
Управляющий сформировал реестр:
- первая очередь — кредиторов нет;
- вторая очередь — 146 171,45 ₽;
- третья очередь — 301 145,11 ₽.
Во второй очереди — требования одного кредитора-гражданина, включённые в реестр в ноябре 2024 года: 136 171,45 ₽ долга по заработной плате и выходному пособию и 10 000 ₽ компенсации морального вреда. Подробностей о трудовых отношениях в определении нет, кредиторы третьей очереди не названы.
Имущества, на которое можно обратить взыскание, и подозрительных сделок не нашли. По анализу управляющего, доход у должника низкий, денег на расчёты с кредиторами нет. Признаков фиктивного и преднамеренного банкротства нет, жалоб на управляющего не поступало.
Управляющий просил завершить процедуру, но не освобождать должника от долга перед этим кредитором — 146 171,45 ₽. Такое же ходатайство поддержал ещё один участник дела, а должник письменно возражал. Ходатайство о завершении управляющий подал в апреле 2025 года, а суд рассмотрел его в мае 2026 года; почему так долго, в определении не объяснено.
Что решил суд
В мае 2026 года суд объявил резолютивную часть: отчёт управляющего принят, реализация имущества завершена. Должник освобождён от дальнейшего исполнения требований кредиторов, за исключением требований из п. 5 ст. 213.28 закона о банкротстве. Отдельным пунктом суд не применил освобождение к требованию кредитора-гражданина на 146 171,45 ₽.
В итоге долги третьей очереди — около 301 тыс. ₽ — суд списал, а 146 тыс. ₽ по зарплате, выходному пособию и моральному вреду остались за должником.
Суд напомнил и о последствиях: 5 лет при кредитах и займах нужно сообщать о банкротстве, 5 лет нельзя снова подать на банкротство самому, 3 года — занимать должности в органах управления юридического лица. Управляющему перечислено 25 000 ₽ с депозита суда. Полный текст определения изготовлен 1 июня.
Почему
Зарплату и моральный вред закон не списывает. Освобождение не распространяется на требования о выплате заработной платы и выходного пособия и о возмещении морального вреда (п. 5 ст. 213.28 закона о банкротстве). Если такие требования включены в реестр и не погашены, после завершения процедуры арбитражный суд выдаёт по ним исполнительные листы — суд прямо об этом написал.
Почему не помогли возражения должника. Доводы должника, как оценил их суд, сводились к одному: оснований для отказа в освобождении из п. 4 ст. 213.28 — сокрытия имущества, ложных сведений, мошенничества — нет. С этим суд не спорил: таких обстоятельств управляющий не выявил. Но п. 5 от поведения должника не зависит: долги этого вида сохраняются по закону. А доводов, почему долг по зарплате и выходному пособию к ним не относится, должник не привёл. Поэтому суд возражения отклонил.
Почему в реестре две очереди. Требования по оплате труда и выходным пособиям идут во второй очереди, раньше обычных долгов третьей (ст. 213.27 закона о банкротстве): если в процедуре есть деньги, их гасят раньше. Здесь имущества и денег не было, и ни одну очередь не погасили.
Что это значит для вас
- Долги по зарплате и выходному пособию и компенсацию морального вреда при банкротстве не списывают: после процедуры кредитор получит исполнительный лист.
- Добросовестность здесь не помогает: правило о таких долгах не зависит от того, скрывал ли должник что-то или нет.
- Если у вас были работники и вы им должны, учитывайте, что этот долг останется. Остальные долги суд при этом может списать: здесь — около 301 тыс. ₽.
- После завершения процедуры действуют обычные ограничения: 5 лет сообщать о банкротстве при кредитах, 5 лет не подавать на банкротство самому, 3 года не управлять компанией.
Разбор подготовлен по тексту судебного акта; персональные данные удалены. Не является юридической консультацией.